ТАК БЫВАЛО ТОЛЬКО В МОНГОЛИИ

У каждого человека, прибывавшего в Монгольскую Народную Республику в Союзные времена, знакомство со страной, конечно же, было разным. И у военных, и у гражданских. Очень возможно, что у некоторых знакомства со страной и её людьми вообще не было, хотя может быть я и ошибаюсь. Правда, это мнение у меня сложилось от наблюдения за жизнью в некоторых воинских соединениях Советской армии, дислоцировавшихся в степях, или в Гоби. У военных и членов их семей просто не было возможностей вступать в контакт с местным населением, которому, вдобавок, запрещалось свободное посещение территории советских воинских частей. В том числе и магазинов Военной торговли – таковы были приказы командования: ведь обеспечение советских военных было лимитированным.
В нашей 17-й отдельной железнодорожной бригаде положение было немного другим: многим воинским частям в силу производственной необходимости просто требовалось работать с плотном деловом контакте с различными структурами Улан-Баторской железной дороги (УБЖД), начиная от руководства дороги, до дистанций пути на линии. Да и в остальных вопросах наши воинские части всегда были весьма близки не только к органам власти на местах, но и к множеству простых людей – монгольских специалистов в различных отраслях не только железной дороги. Заканчиваю вступление и расскажу о своём друге Ю.А. Суворове, у которого в Монголии тоже был свой путь знакомства со страной. Но абсолютно уникальный и неповторимый.
Начну с краткой информации о нём самом. Офицер железнодорожных войск Советской армии Юрий Аркадьевич Суворов закончил Ленинградское ордена Ленина Краснознамённое училище железнодорожных войск и военных сообщений имени М.В. Фрунзе и служил перед командировкой в МНР в городе Вологда в должности начальника инженерно-технической службы отдельного железнодорожного батальона. Разумеется, были друзья, товарищи. Самый почитаемый и возрастной друг у него был участник Великой Отечественной войны, бывший разведчик и настоящий герой, не раз раненый и награждённый орденами и медалями, Павел Анатольевич Половинкин. Про этого человека, в принципе, надо писать отдельный рассказ – настолько это была легендарная личность, человек, оставшийся в живых на фронте совершенно случайно: кто-то из похоронной команды на поле боя увидел, что убитый сержант… дышит.

Друг Юрия Суворова не довоевал до конца Великой Отечественной войны – был комиссован по состоянию здоровья из-за многочисленных ранений, вернулся в родной город, там работал и учился в педагогическом институте. Потом преподавал, был активным коммунистом, занимался общественной работой и был заядлым охотником. За отличные показатели в партийной работе был рекомендован и направлен на обучение в Московскую Академию Общественных Наук, которую успешно закончил. В период учебы в Академии жил в общежитии в одной комнате с монгольским студентом Жамбыном Батмунхом. Отношения были близкие, дружеские, вместе проводили время, помогали друг другу в учёбе, не раз ездили на охоту и рыбалку в вологодские леса.

Ветеран Великой Отечественной войны П.А. Половинкин. Фронтовой разведчик, кавалер двух орденов Славы и боевых медалей (1925-2017 г.г.), друг Ж. Батмунха

После учебы друзья расстались на долгие годы. Ж. Батмунх вырос до председателя Совета Министров МНР, а Половинкин — до заведующего кафедрой в Вологодском институте молочной промышленности, где преподавал общественные науки.
В начале осени 1979 года поступил приказ, и капитан Ю.А. Суворов должен был выехать к новому месту службы в Монголию. Перед выездом, как водится, была устроена прощальная встреча с друзьями, на которой присутствовал близкий друг и старший товарищ Половинкин Павел Анатольевич. Прощаясь, Половинкин вручил Юрию пакет с письмом на имя Батмунха, но без адреса. На вопрос где же его искать в Монголии, Павел Анатольевич ответил, что Батмунх там, в МНР, один такой, и найти его будет не сложно.
Началась служба капитана Ю.А. Суворова в Монголии; как водится, забот было очень много, должность начальника инженерно-технической службы 23 отдельного мостового железнодорожного батальона (23 ОМЖДБ) хлопотная и ответственная, а выбрать время и решить все не ясные вопросы для встречи с Председателем Совета Министров МНР было сложно. Кроме того подобные контакты, да ещё с такими высоко поставленными лицами за границей, для таких, как капитан Советской Армии, мягко говоря, не одобрялись.

 

Командир 23 ОМЖДБ подполковник И.Ф. Сабодашев перед строем батальона. 1982 год, район Шархад, Улан-Батор.

И вот в начале декабря 1979 года наметилась капитану Суворову командировка в город Тамбов для сдачи инженерной техники в ремонт. Попутно, на обратном пути, нужно было забрать семью из Вологды. Совесть, конечно, мучила: ведь просьба старшего товарища не была выполнена. Поэтому однажды выбрал время, и поехал офицер на рейсовом автобусе «Шархад- 4 Зам.» в город, искать приемную правительства МНР.
Тут, я думаю, предоставим слово самому Юрию Аркадьевичу Суворову, майору в отставке, ветерану Российской армии и железнодорожных войск.
«Оделся по форме, начищен, сапоги блестели… Нашёл главное здание МНР на Суухбатарын талбай. Охрана проверила мои документы, я объяснил цель своего посещения. Меня проводили к дежурному подполковнику в фуражке с синим околышем. Товарищ подполковник хорошо говорил по-русски, я объяснил ему цель своего визита и передал пакет для Ж.Батмунха. Мне объяснили, что Председатель Совета Министров очень занят, его решение о встрече мне сообщат по телефону. Действительно, на другой день вечером через батальонный коммутатор мне позвонили на домашний телефон и сообщили место, день и время встречи, назначенные Ж.Батмунхом.
Приближался день встречи, но тут вступил в силу «Закон подлости» — накануне, как раз на это время, назначили партийное собрание! Сидел как на иголках, собрание затягивалось, и, наконец-то, объявили перерыв. Обратился к замполиту майору В. Олейникову, пояснил, что вечером съел что-то нехорошее. Виктор Петрович Олейников был хороший мужик, посмеялся и дал добро. Быстренько оделся, направился в сторону санчасти, затем на КПП, и на автобусную остановку Шархад. Автобуса долго не было. Опаздываю. Добрался до проходной здания ВНХ с небольшим опозданием — там меня уже ждал тот самый подполковник, сказал, бросай шинель и бегом за ним. Поднялись по широкой мраморной лестнице на второй этаж. На лестнице и в коридоре толпились министры, военные и т.д., в ожидании начала заседания Совета Министров — все внимание обратили на нас. Подполковник прошел в зал заседаний и доложил Батмунху о прибытии «разгильдяя» Суворова, потом пригласил меня.
Ж.Батмунх сидел у огромного длинного стола. Я подошел и представился. Поздоровались за руку, и Батмунх спросил, почему я опоздал, показал на часы — через семь минут заседание Совета Министров! Я сослался на партсобрание. Батмунх понимающе кивнул, предложил сесть. Показал на конверт и письмо от Половинкина П.А., и сказал, что с интересом прочитал и вспомнил былое, поблагодарил. Принесли чай — очень горячий (видимо, в наказание за опоздание). Разговор шёл быстро, вопрос — ответ. Спросил, какие у меня просьбы, и т.д. Я выразил желание сфотографироваться с ним. Моментально появился фотограф и сделал несколько снимков капитана Советской армии на приеме у Ж.Батмунха, снимки обещали мне передать, но я их, к сожалению, так и не увидел. В те времена частенько показывали по телевизору кабинет Л.И. Брежнева, так вот, такие же часы в виде штурвала на столе, хрустальные люстры, были и в этом помещении. Конечно, времени осматриваться не было, но всё равно в памяти остался очень большой, светлый, с большими люстрами, огромным столом, красивыми стульями и коврами кабинет (зал заседаний) первого человека Монгольского государства. Из-за беседы со мной, заседание тогда задержалось минут на десять.
Мне представили секретаря — молодого симпатичного парня, сказали, что все вопросы и пожелания я буду решать через него. Секретарь дал мне визитку, сказал, что я могу звонить по указанным номерам в любое время дня и ночи. Батмунх встал, сказал, что народ волнуется, пора начинать заседание, пожал мне руку, пожелал здоровья и успешной службы. У входа в зал заседаний меня поджидал подполковник — надо было видеть с каким любопытством меня разглядывали собравшиеся!

Председатель совета министров МНР с 1974 по 1984 годы Ж. Батмунх

 

 

 

 

 

Об этой встрече я никому не рассказывал, даже жена не знала. Опасался возможного негатива по службе – всё-таки такие контакты какого-то младшего офицера без ведома начальников у нас были просто непозволительны, не смотря на такую вескую причину.
Прошло несколько месяцев после встречи с Ж.Батмунхом. Я вернулся из командировки, привез семью, служба шла своим чередом. Доложил другу Половинкину о выполнении его просьбы и передал привет от монгольского друга. Примерно раз в 3 — 6 месяцев звонил секретарь, интересовался почему от меня нет никаких просьб, заявок, вопросов — Батмунх мной интересовался. Однажды летом, в преддверии главного монгольского праздника Наадам, позвонил секретарь и сказал, что Батмунх приглашает меня с семьей в гости в Правительственную зону отдыха за рекой. Разумеется, я согласился.
В назначенный день взял дежурную машину в автомобильном парке батальона и поехал по служебным делам. На КПП подсадил семью, и мы поехали по дороге через аэропорт Буянт-Ухаа дальним путём. На проходной зоны отдыха у нас проверили документы, сверили со списком приглашённых, и мы пешком пошли гулять. Машину вернул в часть.
Было интересно и красиво, везде цветы, декоративные насаждения, белочки бегают и т.д. Нашли резиденцию Батмунха, я зашёл и представился охране. Сказали, что Ж.Батмунх отдыхает и принять в данный момент не может. Предложили погулять часа два. Мы посетили находившиеся на территории магазины, кафе. Все товары были очень дешевые, примерно 10 процентов от городских цен. Затем вернулись в домик Батмунха, где меня с семьёй пригласили в фойе, усадили за столик. Вышла женщина, любезно с нами поздоровалась и сказала, что она супруга. Посидела с нами минут сорок, сказала, что муж устал и приболел, приехали врачи и его увезли в больницу. Угощала сладостями и напитками, алкоголя не было. На прощанье проводила нас до шикарной правительственной машины с флагами МНР, и мы уехали. Я объяснил водителю куда ехать. Подъехали к части, водитель уперся в ворота и посигналил. На КПП был переполох. Водитель с недоумением выслушал мою просьбу не заезжать, мы вышли, водитель махнул рукой и уехал. Прибежал дежурный и спросил, что это было? Пришлось соврать, что попросили подвезти проезжавшую машину.
На другой день в части шушукались, что Суворов с семьей приехал в часть на правительственной машине из города, но просто красиво прокатились по просьбе детей, и все. История оставалась в моём батальоне не известной…
Года через два собрались с семьей в отпуск в Союз летом. Была проблема с билетами на поезда. Вокзал забит желающими уехать, к кассам не пробиться. Два дня не мог взять билеты… Решил позвонить секретарю Батмунха. Он очень удивился моей странной просьбе: — Юрий Аркадьевич, вы с таким вопросом обращаетесь в правительство Монгольской Народной Республики?
Перезвонил минут через десять и сказал, что до отправления поезда осталось три часа. Езжайте на вокзал, вас встретят, билеты в кассе. Приехали на вокзал — была ужасная давка в кассовом зале, не протолкнуться… и никто, вроде бы, не встречает. Обратил внимание на знакомого подполковника-коменданта вокзала, монгола. Он нервно бегал туда сюда, и кого-то высматривал. Я махнул ему рукой, он подошел, попросил напомнить фамилию, узнав, выматерился чисто по-русски, схватил меня за руку и потащил в кассу через служебную дверь. Кассирша быстро выдала мне правительственную купонную книжку на поездку, а мои воинские требования не рассматривались.
Попали в шикарный мягкий вагон постройки ГДР, ехали с неведомыми ранее удобствами. Проводники были очень любезны, пищу и напитки приносили из ресторана совершенно бесплатно. Это было моё единственное обращение в правительство МНР, но помнится всю жизнь…
Павел Анатольевич Половинкин был мне очень благодарен за переданное письмо. Жамбын Батмунх будучи в Москве, всегда звонил Половинкину в Вологду, они не раз встречались. Однажды Батмунх даже прилетел в Вологду на вертолете из Москвы. Для него была организована шикарная охота с участием секретаря обкома Станислава Александровича Осьминина и, естественно, Половинкина. Это была крепкая дружба…
Спустя почти сорок лет, мне кажется невероятной история знакомства моего друга Юрия Аркадьевича Суворова с высшим должностным лицом Монгольской Народной Республики. Я думаю, что очень мало подобных встреч могло быть даже у советского генералитета. А тут какой-то капитан железнодорожных войск. Как такое можно представить? Но ответ, конечно, есть – это просто результат крепкой дружбы двух настоящих людей, коммунистов – интернационалистов, как это сейчас ни будет звучать для кого-то наивно, а для кого-то, может быть, даже глупо или лукаво.

Ветераны вооружённых сил и железнодорожных войск Российской армии, майоры в отставке Ю.А. Суворов (слева) и С.В. Лелеко – работники ведомственной охраны Свердловской железной дороги. 2002 год, город Тюмень

Но, что бы и кто не говорил и не утверждал сегодня, особенно из много знающей молодёжи, всё-таки дружба наших народов – от самого «низа», до самого «верха», была основой отношений наших государств и народов. Политика и всё то, что от неё исходило, часто дискредитировала эту дружбу, мешала нормальному развитию Монголии, ограничивала политическую и экономическую независимость – всё это, возможно, бывало. Но я вовсе не политик, а один из тех «низов» среднего, скажем так, ранга во времена моей службы в МНР, повторяю постоянно: дружба между нами всегда была и остаётся основой наших отношений.
Удивительная история Ю.А. Суворова – тому пример, хоть и уникальный.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Content Protected Using Blog Protector By: PcDrome.